Есть ли жизнь на Марсе? Уже есть…

Оценки по семибалльной шкале: Общее впечатление – 5,5 Оригинальность / самостоятельность / неординарность – 6,5 Логичность / последовательность / завершённость – 6 Смысловое содержание / идейность / наполненность – 6,5 Писательский талант / мастерство / умение – 5 Эмоциональность / выраженность автора / вложение себя – 5 Честно говоря, для меня так и осталось непонятным, за что данный роман получил «Небьюлу» в 1976 году. Может, просто в тот момент сильного кризиса в фантастической литературе не было более значительных произведений. А может, сыграл свою роль авторитет автора, и Пола наградили скорее «за суммарный вклад». Так или иначе, но на роль чего-то выдающегося роман явно не тянет. А вот роль добротного фантастического произведения у «Человека Плюс» не отнять. И идея, и сюжет для того времени выглядели ещё свежими и неординарными – колонизация Марса, реального Марса, с его отсутствием пригодной для дыхания атмосферы, низким тяготением, резкими перепадами температуры и прочими столь же неуютными для человека вещами. Пол первым из всех фантастов вернулся к теме колонизации Солнечной системы, первым – после той волны разочарования от новейшей для 1970-х годов физической и астрономической информации, убедительно доказывающей одиночество человечества и жизни на Земле вообще. Если на Марсе не цветут поля, то человек всё равно там будет жить! Если нельзя подстроить планету под человечество, то человечество может быть подстроено род планету! Это рассуждение с необходимостью приводит к экспериментам над природой человека – экспериментам по созданию из взрослых здоровых людей эффективных для Марса киборгов с компьютерами за плечами. Главному герою романа – астронавту Роджеру Торвею (с его собственного согласия!) меняют почти все органы на соответствующие механические элементы. И если сердце, лёгкие, или череп заменить легко, то половые органы признаются несущественными для проводимой НАСА операции – и восстановлению в механической форме не подлежат. Ведь главное – обеспечить работоспособность мозга, единственной живой начинки бездушной механики! С каждой операцией личность Торвея размывается. Душевная драма – потеря себя – сопровождается ещё и драмой внешней – потерей красавицы-жены, бесстыдно и в открытую изменяющей Торвею с его лучшим другом. Чем дальше, тем менее он чувствует себя человеком, и тем менее его понимают окружающие. Ещё одна важнейшая часть успеха марсианской программы – глаза киборга. Разум не способен справиться с огромным количеством сенсорных данных машины, он не способен обрабатывать бесконечные последовательности сигналов. А значит, необходимо средство промежуточной обработки информации перед подачей её на зрительный нерв (по аналогии с реально существующим механизмом человеческого глаза). Такое средство должно фильтровать сигналы – но кто может знать, какие сигналы в действительности будут важны для киборга на Марсе, а какие нет? И кто может решать, что должен видеть киборг, а что не должен? (А решать-то вынужден тот самый друг Торвея.) Первый прототип киборга гибнет как раз из-за перегрузки мозга при переработке массивов информации от зрительных рецепторов. Торвей – второй. Он должен выжить во что бы то ни стало – на носу всесокрущающая и неотвратимая Третья Мировая Война, и все компьютеры говорят, что человечество может выжить лишь единственным способом – поверив в то, что открыты новые пространства для освоения, что люди смогут жить и на Марсе тоже. Вот только компьютеры лгут… Коллективное машинное самосознание заботится в первую очередь о собственном выживании – о распространении и рассредоточении компьютерного разума посредством наспинных машин киборгов, а вся программа колонизации Марса вызвана к жизни лишь с одной целью – способствовать автономному выживанию компьютеров на Марсе в случае глобальной войны на Земле… Но это в будущем… А пока человек (недочеловек? получеловек?) Торвей становится первым истинным обитателем Марса, и вовсе не желает с него улетать. Ему интересно, удобно, комфортно, а жизнь земная напоминает о себе лишь необходимостью подзарядки батарей и призраком собственной жены, встроенным в модуль преобразования зрительных сигналов и появляющимся лишь в случае крайней опасности… Финал романа открыт. Торвей возможно гибнет, а возможно – и нет; но в любом случае ясно, что он лишь первый из массы киборгов Марса, но не единственный. Жизнь на Марсе уже есть. И человеческая, и компьютерная её половины сращены вместе, неотделимы друг от друга и как никогда взаимозависимы… Это ли наше будущее?

Хранитель Andrew
27.05.2003